archiv_alterry (archiv_alterry) wrote,
archiv_alterry
archiv_alterry

Яуз и Крейст. Разговор *про ребёнков*

Продолжение.
Предыдущий фрагмент разговора –
вот здесь.


***************************

9 октября 08 по ЧМ, ЧТ,
за 15-30 – около 17 ч. по времени Центра



Бэл (ухмыльнулся, тоже начал ржать): Ну не люблю я ребёнков!:) (видимо, вспомнил, как только что сказал "Ну не люблю я драки!") (потянулся, привстал) Ну, можно теперь, наверно, себе позволить… где у вас тут заварина? У вас поди заварина прямо из Колдунов!:)

Герман: Шеольчик, давай сюда:)

Шеол поставил большой кувшин.

Бэл: Вот это дело! (стали все наливать) Так! – ну, где там обещанные гости? Мы их щас под заварину:)

Герман (в один голос с Бэлом): Мы их щас под заварину:) (оба заржали)

Арута (захлопал в ладоши): "Вот кувшин, куда мы будем бросать корки и кости!":)


Дверь открылась, они вошли – Антик, Крейст и Яуз.


Антик: Ну вот, господа! Я счастлив вам представить моих друзей, известных… э… в разных сферах – господин Крейст, которого можно называть Круас, и господин Яуз, которого можно называть… (глянул на Яуза) Яс?

Яуз: Можно и так!

Антик: А я вас, господа, счастлив представить… (начал перечислять, показывая рукой) Господин Гепард, господин Бартэл, господин… э? Ирстоун… Пардон, да! – Доменик, Ивэ, Герман, Арута… Простите, если я назвал не в том порядке:)

Герман (показывая рукой в пространство, будто бы тут несколько Шеолов): Шеол, Шеол, Шеол, Шеол! – по количеству участников:)

Яуз: Так э… Шеол… (обернулся, по всей видимости, рассчитывая увидеть за собой Шеола, с которым они сюда пришли) А! Ну да:)

Герман: По количеству участников:) (оба с Яузом заржали)


Крейст и Яуз – как два муравья, чёрный и рыжий. Оба долговязые, хотя Яуз, пожалуй, покрупнее. Оба костлявые, узловатые в сочленениях. Волосы у обоих средней длины и скорее прямые, у Яуза рыжеватые и во все стороны торчат, у Крейста в большей степени приглаженные. Крейст довольно черноволосый. У Яуза на лице щетина – намёк на бороду и усы. Видимо, Яуз сейчас дал крен в сторону неарийскости – так-то он проходил как ариец (небось брился или даже пользовался кремами от бороды, или же наоборот – сейчас пользуется средствами для бороды и усов). А Крейст вполне арийскообразный. Яуз чуть более широкоскулый – запросто бы сошёл за классического неарийца, особенно если был бы чуть посветлее, хотя у нас неарийцы и тёмные-узколицые очень даже бывают. Яуз очень зубастый – красивые губы и крупные красивые зубы, как у лошади. Крейст более мрачноватый. Оба очень пестро одеты – Яуз вообще в рубашке навыпуск, в жилетке (вроде как когда изображают опереточного восточника).

Обоих усадили как раз напротив Германа.


Бэл (задумчиво): До чего ж я рад вас видеть, господа! Вот уж не думал-не гадал, что встречу:)

Крейст (слегка ухмыляясь): Мы тоже очень рады:) А ты здесь давно находишься?

Бэл: Да нет… Не ночевал:)

Яуз (мирно): Мы потому интересуемся, что… ну, ты уже какую-нибудь свою программу тут выдал господам э… препам, или ещё не успел?

Бэл (несколько сумрачно): Успел уже выдать.

Яуз (мирно): Ну и отлично! Значит, для нас повторишь:)

Бэл: Да какая у меня особенная программа?:) Главное – про что?:)

Крейст (безмятежно улыбаясь): Действительно – про что может быть абсолютно не-особая программа господина Бартэла? Наверное, про разведение цыплят:)

Яуз: Точно! Мы все цыплят разводим:) Ничего, пускай цыплята учатся! (оглядев стол) Ну что, господа, а вы тут выпиваете, закусываете?:) Давайте! А мы с утра не ели, в делах и заботах – и рассчитывали где-то подкрепиться. Мы вообще полдня прошлялись по болотам.

Герман: Тут запеканка была…

Офс: Сейчас будет запеканка – а пока вот закусывайте:)

Крейст: Ой, заварина! Наливайте скорее заварину, вот это дело:)


Всем налили заварины.


Гепард: Ну, отлично! Значит, давайте – за встречу и за, ткскть, всевозможный конструктив!:)

Герман: Ура! :)

Все стали выпивать.

Яуз (вытянув шею, оттопырил ухо): Я не расслышал – "всевозможный конструктив" или "невозможный конструктив"?:)

Шеол: Невозможный – но реальный:) (Герман ржёт)

Антик: Ну да! "невозможный" в смысле "особо высокого качества":) Ну, как говорят: "ты невозможно прекрасен!"

Яуз (пропел оперным басом): "Не-е-евозможное-е-е возможно…" (Бэл картинно похлопал в ладоши) Если что – так я могу вообще эту сцену спеть на два голоса!

Герман: А что это за сцена?

Яуз: Любовная сцена, популярная:)

Крейст: Давай, давай! А я тебе подыграю. Эту… мантилью надену!:)

Яуз (томно склонил голову, погладил Крейста по плечу): Я думаю, мы сперва выпьем ещё:) Позвали нас не за этим – поэтому чтоб нам тут устраивать представления, нужно немножко…

Арута: …всех разгорячить! :)

Яуз: Да-да:) именно!

Арута: Мы тут разгорячаемся уже…

Герман: …с утра! (ржёт)

Арута: …до третьей стадии!

Яуз: До третьей стадии? это интересно! может, до третьей степени?:)


Всем налили; разложили запеканку, принесли ещё кусок сыра.


Орс: Так, господа! Кому заварины? давайте выпьем ещё заварины! Мне кажется, становится очень весело:)

Бэл (откинувшись): То ли ещё будет, господа!

Яуз (Бэлу): У тебя есть какая-нибудь музыкальная штука с собой?

Бэл (подняв брови): Не понял?

Яуз: Я подумал, что будет замечательно: ты, например, выступишь с мандолиной – а я, например, выступлю с арфой – и мы будем оппонировать друг другу, петь антифонами!

Дик: А может, вы сойдётесь во мнении! – тогда, наоборот, вы будете петь хором – а мы другим хором, антифоном!:)

Герман: Ну, что – пьём за гармонию?:)


Все одобрили. Выпили за гармонию.


Герман (одновременно Яузу и Бэлу): Я-то как рад вас видеть, господа – вообще!.. :)

Бэл (чуть встревоженно): Почему?:)

Герман (мечтательно улыбаясь): А чёрт его знает!:) (ржёт)

Яуз (Герману): Я, кстати, тоже почему-то обрадовался, когда узнал, что увижу тебя и Ивэ:) даже вот не знаю сам почему!

Крейст: Ну как же! – руководство СцО, всегда приятно увидеть старших командиров, разве нет!:)

Герман: Я вроде не в руководстве:)

Яуз: Подожди, не в руководстве! – ты разве не полковник СцО?

Герман: Ну, теперь-то… (ржёт)

Яуз: Или даже генерал?

Герман: Не, не генерал:)

Яуз: Не генерал, полковник? – ну, значит, мы с Крейстом тебя старше в чине, мы одно время бывали генералами:)

Герман: У меня, по-моему, Старший генерал:)

Яуз: А почему его тут нету, кстати?

Герман: А действительно:) да занят он, вообще-то!

Яуз: Ну, опять же, у вас тут какая-то такая целевая встреча получилась… связанная, каким-то образом странным, с воспитанием детей:)

Герман: Да, мы пока ещё не нашли кого тут воспитывать:) (ржёт)

Яуз (ухмыляясь): Это подозрительно! Вообще, господа, воспитание детей – это подозрительно…

(далее следует ранее выложенный фрагмент –
Брошюра "Мой хуторок" или "Воспитание детей")

……………


Истон: Я себе позволю вкратце повторить, к чему мы пришли. Правильно ли я понимаю, что вы – вот, господа Орс с Офсом, Ивэ, Доменик и Герман – тут гостя, пришли к выводу, что…

Крейст (серьёзно): Где гостя? ну, в смысле, на этом свете?

Герман (заржал): Тут:)

Крейст: А, в этом смысле! а я так и подумал, что, типа, "посетив сей мир в его минуты роковые"…

Герман: Ну, вроде того:)

Бартэл (хмыкнув): Да! блажен:)

Герман: Ну, ещё не совсем, но к тому близко:)

Истон (не спеша, внятно, типа как на лекции): Итак, господа, которые находились в этом доме, общаясь в течение двух предыдущих суток, для себя определили, что происходит явно какая-то утрата самоосознания, так сказать, распад представлений человека о самом себе до ЧМ и после ЧМ – и параллельно с этим или в связи с этим отмечается некоторое… (затруднился; продолжил живее, менее лекционно) Ну, короче, дети, которые растут, да – они совершенно иначе видят вещи и даже как бы не совсем понимают…

Яуз (хмыкнул): Вы что, думаете, что до войны они всегда всё понимали? (Герман ржёт, Яуз качает головой) Ну, господа!.. Я вам даже более того скажу – многие вещи дети понимают даже лучше, чем взрослые:)

Истон: Так об этом и речь! Мы это самое и говорим. Мы говорим, что дети, естественно, хотят связать воедино то что взрослые для себя уже разложили по полочкам и стараются между собой не связывать.

Крейст (сердито): Так всё очень просто! спросите любого, он объяснит, что до крещения был подонком – а крещение его исправило…

Герман: Вот-вот! про это мы уже четыре раза сегодня говорили…

Арута (горячо): Да! да:)

Яуз (с серьёзной миной): Ну что, исправились?:)

Герман (ржёт): Не, ещё не совсем! но уже к тому близко:)

Яуз (качает головой): Да… чё делать? Повторно креститься нельзя – попробуйте елеопомазание!

Герман: Может, лучше заварины? :)


Орс опять всем налил.


Бэл: Прошу прощения, господа! Ну вот о детях, о взрослых, да – я вот Герману обещал объяснить, почему я против. А против я этого наименования – знаете там, "детишки, дети"…

Крейст (сумрачно): Правильно! нужно выбирать слова покрепче:)

Бэл: Так вот… (затруднился, помолчал) Я так не могу! Господа, ну что вы мне рожи корчите?!

Яуз (с могильной серьёзностью): Мы просто внимательно слушаем. Эта рожа означает "весь внимание!"

Бэл: Так вот я хочу сказать, что мне вот все эти слова, насчёт "детишек, детворы, малышей" и так далее – представляются дискриминационными, понимаете? Это всё равно что про всех людей в мундире говорить "наши славные вояки" или "наши бравые солдафоны"…

Арута (обрадовался): Вот! Хорошее слово, да!:) (Герман ржёт)

Бэл: …и про студентов тоже как-нибудь говорить… – в общем, короче, вы понимаете, попросту говоря – это оскорбительно. И это не просто оскорбительно – это оскорбительно потому, что объявляет данную категорию недееспособными, понимаете?

Крейст (осторожно): Ну-ну! А по-твоему, дети дееспособны?

Бэл: А по-моему, дети дееспособны не меньше чем взрослые – просто в своей, как говорится, категории!

Герман (пожимая плечами): Ну что такое "дее", что такое "способность"? – всё надо отдельно разбирать, я бы сказал!

Бэл (решительно): Я хочу сказать, что если человек, скажем, учащийся Школы или даже Офицерских Курсов, вдруг оказывается на ферме и, извиняюсь, пытается подоить быка или ещё что-нибудь в этом духе – то его никто не считает ни за дурака, ни за безумца. Все понимают, что он просто некомпетентен – ну не имел он с этими вещами дела, понимаете? (сердито, горячо) Представитель любого сословия, попав в чуждую ему обстановку, ведёт себя нелепо, не может разобраться в простых вещах – потому что у него есть совсем другие представления, и так далее. В норме ему никто не пытается по этому поводу вменить, что он умственно отсталый, недееспособный вообще – дееспособный это значит способный отвечать за свои поступки, когда ему предоставляют необходимый минимум информации. Умение связать информацию – и её использовать, связать у себя в голове. Сумасшедший, слабоумный и так далее, недееспособный – это тот, кому можно сказать всё что угодно, и он как бы всё будет знать но не сумеет между собой соединить "а" и "б"! – вот это и есть недееспособный. Вот. (немного успокоившись) Так вот я хочу сказать, что мне очень не нравится практика считать детей недееспособными. Считать, что они, дескать, не могут связать воедино информацию, которую им дают, в какое-то такое представление, которым можно пользоваться, оперировать, прогнозировать действия и так далее – и что это оттого, что они такие как бы ещё очень юные и слабоумные

Гепард: А кто это и когда говорил? По-моему, всё обучение рассчитано на то, что у ребёнка нормальные мозги, и просто надо дать им нормальную пищу – разве нет?

Бэл (сердито): Я вообще считаю это понятие о ребёнке, да – идиотизмом!

Герман: Не, ну погоди-погоди! погоди…

Бэл (взмахивает руками): "ребёнок, он не может!.."

Герман: Ну реально же – действительно есть отличие! Ребёнок должен заниматься другим, у него задача другая.

Бэл: Вот я и говорю, что если человек, например, офицер – то его дело водить отряды, чертить планы, в крайнем случае стрелять из орудия – а вовсе не коров доить!

Герман: Ну понятно, да!

Гепард: И не быка:)

Герман: И не быка, да! Всё правильно.

Бэл: Ну вот! У ребёнка есть своя задача, понимаете? Ну пусть, хорошо, пускай будет ребёнок! – я говорю, мне не нравится это слово, потому что оно уже испохаблено донельзя…

Герман: А всё равно другого не существует! все другие слова будут и ещё более…

Бэл: Мне "адолеск" и то больше нравится, потому что оно слово редкое и…

Герман (с Гепардом одновременно): Ну, адолеск это подросток! (оба засмеялись) В один голос:) (посерьёзнев) У подростка-то как раз параметры уже куда более близкие к… (фыркнул) к просто человеку, так скажем:)

Бэл: Я для себя пользовался понятием "анфан". (вздохнул) Вроде как "анфим" – цветок. Вот именно что цветок – понимаете, да? Цветок не должен быть ни корнем, ни стеблем, ни листом! (вздохнул, положил руки на стол) Я хочу сказать, что, на мой взгляд, дети соображают, то есть связывают информацию между собой, даже получше чем взрослые…

Герман: Совершенно верно!

Бэл: Вот! У них эта штука работает очень быстро и очень, как бы сказать… свободно. Но им этой информации действительно не хватает, они её ещё не набрали…

Герман: Именно!

Бэл: Они, можно сказать, недавно сюда пришли – понимаете, да? Вот. Кроме того, взрослые, я бы сказал, всеми силами стараются им этой информации не давать – "про это тебе ещё рано знать, про это, хи-хи, мы не скажем, об этом промолчим – не надо чтоб он это слушал, он ещё маленький, ой не рассказывайте это при нём – он расстроится и будет плакать" – и так далее…

Герман: Ну, рациональное зерно в этом, я б сказал, именно то что связи образуются слишком быстро и очень стихийно– ясно, что люди боятся.

Бэл: Ну, так это значит, что нужно думать, а не…

Герман (кивает): Думать, да!

Бэл: Думать, а не просто лишать информации!

Герман: Это понятно…

Бэл: Так вот, в этом смысле я считаю, что любой из этих адолесков там или анфанов, как хотите, может сам за себя отвечать – в той мере, в которой… (вздохнул) ну, я бы сказал, ему позволит специфическая ментальность. Почему-то если мы имеем дело с ю/а – мы понимаем, что у них специфическая ментальность. И если там с какими-нибудь ребятами, извините, которые живут около северного полюса – то у них совсем другая специфическая ментальность. А теперь, когда мы обзавелись массой знакомых… ну я не знаю, глобы там, лешие, всякие там говорящие скалы и так далее, да – нас то, что у них другие реакции, вовсе не заставляет объявлять их недееспособными!

Крейст (осторожно): Ну, предположим…

Бэл: Впечатлительные – да. Склонные делать скоропалительные выводы – да. (помолчав) Моё глубокое мнение, что детей насильственно держат в… в состоянии умственно неполноценных – и это приводит к большим неприятностям, отставание в развитии – это только первый шаг. Я бы сказал, что хуже всего – диспропорции в развитии. Чем более парень умный – тем сильнее он ощущает, что его из каких-то сфер жизни выталкивают, что-то от него скрывают и где-то ему вообще запрещают делать самостоятельные выводы…

Истон: Постой-постой-постой-постой! Ну, ты про кого говоришь? – это какой-то такой получается абстрактный парень!

Герман (кивает): Да, вот интересно как раз, какой срез?

Бэл (страдальчески вздохнул): Я это всё к тому, что все разговоры про "ребёнков" мне не нравятся потому, что это означает заведомую дискриминацию! – когда говорится "ну, это ребёнок", то, значит, сейчас с этим человеком будут обходиться нечестно…

Герман: Ну, это по-любому нельзя!

Бэл: …потому что ему приписывают априори такие качества, которыми он не обладает – и, наоборот, отнимают те качества. которыми он как правило обладает. Есть всюду исключения – но, понимаете, когда вы говорите, там не знаю, "студент" – вы не имеете в виду какого-нибудь полоумного, а когда вы говорите "следователь" – вы не имеете в виду маньяка. Исключения всегда есть, есть даже специфические исключения. Для многих детей то что их лишают возможности нормально развивать свой ум и свои реакции – их, в общем-то, превращает в калек. Это существа, которые очень быстро развиваются – да, действительно, у них поэтому очень быстро образуются связи – и образуются хаотически, да, я согласен; у них сильные эмоциональные реакции, которые влияют на все их действия и решения – но я говорю, когда то же самое происходит с тем, кто по нашему мнению взрослый, просто относится к другой породе – мы это согласны учитывать, вместо того чтобы объявить его недоумком. А когда дело касается ребёнка – мы сразу радостно сообщаем: "ну, он ещё ребёнок, он потом будет иметь все права – а щас не надо ему никаких прав! марш в сарай, спать, в песочницу…"

Герман: Ну, права, права! – ты о каких правах-то говоришь?

Бэл: Принимать участие в своей судьбе. Самому принимать н а себя решения – я вот это имею в виду. Об этом я всегда и говорю.

Герман: Это да!

Бэл: "Он не может ничего в этом понимать, потому что он ребёнок!" – да чёрт возьми, вы сперва ему не даёте полноты информации, вы на всякое его самостоятельное решение шикаете и кричите "какой ты маленький и глупый!"…

Крейст (горько): Ну, положим… И что из этого, какой вывод?

Бэл: Так вот, по поводу информации. Я считаю, что да, действительно – для каждого возраста есть некоторый предел информации, которую человек может на данном этапе освоить, понимаете – а больше ещё пока не может, потому что голова не резиновая. Точнее, заглотать-то он её заглотает, но там вот именно что установятся хаотические связи. Поэтому я считаю, что с каждой возрастной категорией нужно разговаривать на полном серьёзе – но с учётом того, что какие-то вещи он в голову не берёт…

Герман (кивает): Не схватить, да!

Бэл: Да.

Яуз: Ну стой! – а какая в таком случае разница по сравнению с теми кто говорит "ну, он ещё ребёнок, он не понимает"?

Бэл (горячо): В том, что если тебе нужно что-то конкретное, то ты ему это конкретно объяснишь! И он конкретно вполне поймёт. Он не будет как малоумный требовать чтобы ты ему десять раз всё объяснил. (помолчал) Я считаю, что любой из них имеет право, и должен, и это нормально, решать свою судьбу – но да, действительно, он её решает в пределах своей компетенции. Так же как, я говорю, в любом сословии человек может решать в пределах своей компетенции, своего опыта, своих знаний. Бесполезно, понимаете, спрашивать с фермера советы по тому как плыть на корабле, и наоборот…

Герман: Да, всё так! – только, понимаешь, я бы сказал, что это всё тоже не панацея – потому что… я тебе скажу, вот именно за счёт того что опыта-то нету своего – обмануть тут нефиг делать. Можно так объяснить, а можно сяк объяснить – один и тот же расклад по фактам взрослый может ребёнку объяснить как угодно…

Бэл (качает головой): А взрослому нельзя объяснить как угодно?:(

Герман: Э, э! у взрослого свой опыт, взрослый скажет – фиг, ты передёргиваешь!

Бэл: Один скажет, другой не скажет!

Герман: Ну, когда другой не скажет – мы про него и будем говорить, что он как ребёнок, ему не хватает…

Бэл: Вот! почему мы будем говорить "как ребёнок"?

Герман: Потому что… вот эти самые специфические параметры, о которых мы и говорим!

Бэл: Не хватает…?

Герман: Не хватает – потому что у него другой процесс происходит. Не тем заняты мощности. Взрослые, конечно, тупее на порядки, чем дети – но у них уже как-то развит этот аппарат, они им могут наружу смотреть.

Бэл: Вот смотрите, господа преподаватели! (обернулся к Истону, Гепарду и Ко) Вот к вам приходят двенадцатилетки поступать в Школу – вы их принимаете?

Истон: Ну вот мы об этом и говорили! Одних принимаем, других нет.

Бэл: Ну, принципиально – вы можете принять двенадцатилетнего, хоть его не привели за руку старшие?

Гепард: Естественно!

Бэл: Хорошо. А если он пришёл приниматься в Школу, а за ним пришли его старшие с криком "да что он в этом понимает, у нас на него совсем другие планы!" – на чьей вы будете стороне?

Истон: Ну, вообще-то мы наверно будем на нашей стороне – посмотрим, в какой мере этот парень нам подходит. Прости, но если у парня семь пятниц на неделе – сегодня он хочет поступать в Школу, завтра, там не знаю, на Курсы, послезавтра на машиностроительный завод, а после-послезавтра скажет, что хочет быть врачом и шаманом…

Крейст: Это по-нашему!

Истон: Ну вот, а по-нашему нет – пускай он определится. (выдвинулся поближе) Я это говорю к тому что мы со своей стороны, конечно, преследуем свои интересы – и в общем-то я не буду это скрывать!

Герман: Ну вот между прочим зато ты и говорил же, что с этим надо что-то делать! Что не то что-то с этой выборкой…

Истон: Да! я говорю по факту – мы преследуем свои интересы.

Яуз: Тут, как говорится, ничего страшного нету! Положим, я… ну, например, вербую себе команду – проплыть там какими-нибудь реками с заходом в разные интересные точки и так далее. Я тоже не каждого возьму, это нормально! Я на каждого человека смотрю внимательно, я его исследую, я задаю ему вопросы наводящие, я пытаюсь понять, насколько он серьёзен – не получится ли, что после первых каких-то неприятностей он расплачется и скажет, что он к таким вещам не привык, он такие вещи не любит – а обратно я его уже не отправлю. Если он молодой – я ему, конечно, буду иным образом объяснять, чем если он уже старый. Исходя из того, какие у парня могли быть в жизни приключения и так далее. (подумав) Но если я правильно понимаю вашу тему – вы просто пытаетесь свалить в одну кучу "нужно спрятать беглеца, приходится взять его хоть носильщиком, хоть грузом" и "нужен человек для того чтобы он делал своё дело в экспедиции". То есть вы одних ребят принимаете, чтобы их рутина не сожрала – в любом качестве…

Антик: Чтобы они не стали чудовищами!

Яуз: А других – потому что вы из них рассчитываете вырастить себе ценные кадры. Что они смогут сделать то, для чего вы их с собой берёте – вот, грубо говоря, как-то вот так.

Герман (задумчиво): Ну вот если я правильно понимаю мысль Истона – то он как раз тут и объяснял, что, наверно, есть резон как-то переформатировать это понятие… не знаю, в том направлении, что ли, что… э… сблизить, что ли, да? – эти вещи. (помолчав) Что в некотором роде вот эти-то люди, которые не подходят… ну, там где они там у себя не подходят – как раз подходят нам для того, для чего мы существуем, грубо говоря. Не знаю – правильно я понял твою мысль, Истон?

Истон: Да, да! Краеугольный камень.

Яуз присвистнул.

Крейст (с вызовом): А чё такого?

Бэл: Ну, вот если вот так вот говорить – то… ну, фактически каждый, кто выламывается, каждый кто оказывается несчастен вот здесь и сейчас, у кого не ладится – он и есть будущий краеугольный камень.

Герман (задумчиво кивает): Ну да! Ну как бы в этом плане да.

Яуз: Не, ну это ты загибаешь! Это ты, брат, загибаешь. Ну только если в ооочень большом приближении!

Герман: А тут всё зависит от того, что человек из этого сумеет с собой сделать.

Бэл: Я считаю, что он должен решать этот вопрос сам!

Герман: Ну конечно:) (помолчав) Просто всем же нужно разное. Из того что человек выламывается – ещё не следует, что… (вздыхает) Ну, короче, они все разные. (ещё помолчав) Мы вот думаем, что все, которые выламываются – они все… ну, такие вот, как мы (обводит присутствующих рукой) – ну, такие вот, как мы тут:) А они разные.

Крейст: Так мы тоже разные!

Герман (радостно): Ну да, да! Мы разные – но мы можем сказать, что – вот: "вот такие как мы", да? – (обводит всех рукой, показывая по очереди на каждого) "такой, такой, такой, такой…" – и ещё восемнадцать Шеолов:) Так нет же! Они ещё и не такие.

Крейст (поняв): Они – и ещё более разные!...?

Герман (кивает): Угу:)

Крейст: Ну да. (помолчав) Просто человек будет себя менять как-то, да? – и он себя меняет под свою задачу. Он меняется сам – у него меняются задачи. Он, может быть, вошёл в какой-то поиск, имея в виду одно – а по ходу дела понимает совсем другое.

Герман: Это да:)

Крейст: Когда это происходит со взрослым, мы это считаем – ну, да, такие вот дела, так получилось, в конце концов его проблемы, его заботы и так далее. А когда то же самое происходит с малолеткой, да – ну, давайте говорить всё-таки не "анфаны", а "малолетки", например, им же и правда мало лет!

Гепард: Не, не, не! Так нельзя, потому что – а те кому много лет? тут же играет роль не количество прожитых лет…

Герман: Ну неважно, неважно!

Крейст: Хорошо, неважно! Короче, мы друг друга понимаем. (помолчав) Если я правильно понял Бартэла… если я правильно понял Бартэла – то разговор о том, что из того, что человек по ходу жизни десять раз поймёт, что он всё себе представлял неправильно, выбирал не то и так далее – вовсе не следует, что, значит, ему не надо было давать тогда это выбирать. Ну вот, попросту говоря, возьмём тот же пример Яуза, да – Яуз там организует рейд какой-то особо сложный… (ухмыльнувшись) рейс, пардон:)

Яуз (невозмутимо): Ну, можно рейд, можно рейс – всё зависит от того… (фыркнул) с какой конторой я в данный момент работаю:)

Крейст: Хорошо! К нему приходит человек – неопределённого возраста, пускай – они друг другу подходят, и он идёт с ним… в дело, да:) Через какое-то время выясняется, что возникли всякие трудности, и человек говорит: "ну, чёрт возьми, если б я знал вообще!.."

Яуз (машет рукой): А, всё время так бывает! Попали в какую-нибудь переделку, сидим там под проливным дождём – и кто-нибудь обязательно скажет "дааа, дурак я был, что влез в эту авантюру! сижу теперь как идиот и льётся мне за шиворот птичье дерьмо!" Ну а потом этот же человек будет пить и нахваливать, как здорово мы всё прошли. (пожав плечами) А кто-то и нет, кто-то скажет, что больше сюда ни ногой…

Герман: Ну, это как бы нормально, ящетаю!:)

Бэл: Да, да! Вот я тоже считаю, что это нормально – что никто по этом поводу не говорит "а, значит ты недееспособный, раз ты не смог с самого начала до самого конца прикинуть, устраивает тебя или не устраивает!" В этом смысле – да, я понимаю, что есть ребята, которые, например, рвутся в Школу Следователей, представляя это себе как-то по-своему, да – а там у вас в Школе встречают совсем другое и говорят "ааа, зачем я сюда поступил!" Можно, ткскть, такого человека расстрелять – но нельзя ему говорить… нельзя о нём говорить: "ну правильно, потому что он был мал, когда сюда поступал! что ребёнок, что малыш, вообще, этот карапуз может понимать о своей будущей судьбе! вот надо было, чтобы этот вопрос решали его старшие, у кого они есть".

Герман: Ну, старшие тут вообще не могут ничего решать, это смешно ваще!

Бэл: Ещё как могут, вернее – лезут!

Герман: Лезут, это да!

Бэл: И тут только одно-единственное у них основание: что если старший придумал для своего младшего, что вот пускай-ка он пойдёт туда-то – то это значит, что он и дальше будет его поддерживать в этом направлении, вот и всё. То есть просто даст ему преимущество перед другими, у кого нет таких старших, которые его в этом поддержали.

Герман: Ну, если чуваку это самому надо – то, кагрится, почему бы ему не согласиться! Другое дело, если не надо – да и зачем ему такой ценой, спрашивается, нафига ему поддержка в направлении, которое его не интересует?

Бэл: Я то же самое считаю! И в этом смысле – лучше бы и все не лезли. Пускай люди решают всё сами.

Герман: Понимаешь, это хорошо сказать – "лучше бы все не лезли". (вздыхает) Но люди-то разные! Можно какие-то продумывать… как сказать… Ну, какие-то социальные инструменты можно продумывать, ну там – прописывать в законе или, там не знаю – развешивать объявления, типа "товарищи, делайте так-то и не делайте так-то!" – но люди-то всё равно… Они разные!

Антик: Призывы должны быть конструктивными:) Ну там, не знаю – "сделал домашнее задание сам – помоги товарищу! может быть, ему трудно учиться" :)

Герман: Ну, тут важнее, ткскть, чтобы взрослые не лезли в жизнь абитуриентов:) (вздыхает) Охохо…

Бэл: Вот я и говорю! – что, на мой взгляд, ребёнок в любом возрасте может решать свою судьбу – но только для того чтобы решать её, как бы это сказать… в полноте знания – он должен это знание получить.

Герман: Понимаешь – в рамках своей компетентности!

Бэл: Совершенно верно! в рамках своей компетентности. (пожав плечами) Я понимаю, что тот, кто будет ему это знание доставлять, может заведомо, кагрится, исказить картину. Понимаете, да? "Ты остаёшься со мной на Юге или ты едешь с дядей на Север? – там на Севере у тебя не будет ни того, ни сего, ни этого, ни разэтого! Ладно там не будет меня – но там ещё не будет лошадок, подсолнухов, озера в котором можно купаться, твоих друзей-сверстников, с которыми тебе так хорошо – и так далее. Ты всё ещё хочешь ехать со своим дядей на Север?!" – понимаете, да? Вместо того чтобы сказать: "Значит, так: там не будет твоих сверстников, с которыми ты здесь дружишь – имей это в виду, они с тобой туда не поедут. Но у тебя там могут появиться другие друзья – может появятся, может не появятся. Купаться там круглый год тебе не удастся – там можно купаться, там не знаю, два дня в году, ну – пускай даже два месяца в году. Но зато там есть другие вещи – можно, например, играть в снежки, здесь ты имеешь эту возможность один раз в году – а там пожалуйста полгода играй в снежки. Там не будет меня – но там будет дядя. Если останешься со мной – у тебя буду я, но дяди не будет, он решился, он уезжает. Скорее всего, вы с ним никогда не увидитесь!" – понимаете, да? – "Никогда не увидитесь – это значит, что никогда, никогда, никогда ты его не увидишь!" – вот это значит, постараться дать полноту информации – объективную, понимаете?

Герман (вздыхает): Ну это понятно, да…

Бэл: А начинается – "что он в шесть лет может понимать! мы должны решать его судьбу – и даже не сообщать ему, что он потерял!"

Герман: Ну, так и со взрослыми обходятся, я тебе скажу!

Бэл: Когда так обходятся со взрослым, понимаете, да – то взрослый может взять топор и дать по башке. А когда ребёнок, оглядываясь назад, понимает, что его надули как… как лягушку – ему говорят: "Ну, ты был мал! – ты бы всё равно ничего не понял. Ну что ты мог понимать в свои шесть лет! – ничего не мог понимать".

Герман (вздыхает): Хочется всех убить!

Бэл (горячо): Да! Да. Взять огнемёт и всех убить!

Герман: Ага!

Арута: Взять убивалку и всех убить!

Герман: А дальше-то что?.. Убивать бесполезно, это я уже давно понял:(

Крейст (язвительно): Конечно! Потому что разведчики всё равно всех оживят:)

Герман (машет рукой): А, даже если не оживят – наползут новые, ещё хуже старых!

Крейст: Иногда хуже, иногда лучше:)

Герман (машет рукой): А! Какое лучше, лучше не бывает:(

Крейст: Давайте выпьем! За то чтобы не наползали.

Гепард: Ну да! – чтобы все действовали, так сказать, в полноте знания – куда они хотят наползать и куда они не хотят наползать:) Чтобы люди могли делать выбор сознательно! Давайте выпьем.

Герман: Точно!


Все выпили.


Бэл: Ну я объяснил, почему я против разговора про "ребёнков"? Потому что когда начинают говорить про ребёнков – это означает, что сейчас человека лишат его основных прав под тем соусом, что, дескать-мол, он всё равно не умеет ими пользоваться.

Герман: Нет, слушай, ну ты всерьёз предполагаешь, что вот господа преподаватели, имея дело с этими ребёнками, так о них рассуждают? Я не думаю, чтобы оно было так!

Бэл (пожимая плечами): А я думаю, что по-разному!

Герман: Ну, конкретно может и по-разному – а в целом…

Бэл: Ну, в целом – Школа Следователей не самое дурное место.

Яуз: Удостоились похвалы, да?:)

Герман (смеётся): Ну, а чё?:)

Крейст: С вашего позволения – я уже пьян, господа, но всё-таки… но всё-таки я скажу. (прокашлялся) Мы тут разговариваем все откровенно, и я хочу сказать, что, конечно, да – про нас как говорили, что… мы совершили насилие над малолетними, так говорят и по сию пору. И мы даже, как говорится, с этим не спорим, и… (помолчал) и ошибки свои признаём. Так сказать, раскаиваемся в прахе и пепле.


Продолжение – в следующем посте:)


***************************

Примечание:

Про Яуза и Крейста как авторов "методики Богомола и Подёнки", "одиозных людей", от которых открещивается даже СцО – смотреть
вот здесь.
Tags: Бартэл, Гепард, Дети и мир, Распечатки звукофайлов, Современность, Школа Следователей, Яуз и Крейст
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments