archiv_alterry (archiv_alterry) wrote,
archiv_alterry
archiv_alterry

Categories:

Модест и Харон

Модест (Шеф) и Харон (Исполнитель) – одиозная пара, приключавшаяся много где, в том числе в Северном Городе эпохи начала деятельности ОрТр. Это значимые для нас персоны, и про них даже по мелочам выложено там и сям, однако отдельного поста нет (и даже метки нет, а надо бы, введу) – а между тем по ходу проекта "Три Парки" я предполагаю их упоминать (Плю так даже уже и упоминает), надо чтоб было место куда ссылаться. Ну и вот:)


***********************

Первичное: Шеф как начштаба

Первичное-выложенное про Модеста и Харона – в посте "Кто в теремочке живёт? Продолжение"

Цитата:

"в начале февраля 01 до ЧМ Эммануил погиб по нашей вине, а место начштаба занял его бывший заместитель – прожжённый аферист с тысячей имён по кличке "Шеф".

Сам по себе факт, что столь одиозный тип (мы будем называть его Модест) оказался на посту начштаба, характеризует ситуацию предельно чётко: как-никак Северный – столица, а не водевильный форт, где злодей-заместитель, захватив власть мятежом, отплясывает на косточках старых генералов, покуда его не застрелит проезжий ревизор. Приход Шефа к власти знаменовал наступление эры беспредела. Криминальный талант, выходец из княжеской семьи, Модест был овеян славой отморозка, которому никто не указ, вдобавок неотлучно держал при себе названого брата по прозвищу Исполнитель или Харон – молчаливого мрачного убийцу, беззаветно ему преданного. Вдвоём они успели постранствовать по Югу и Северу, затевая интриги и афёры, порой искромётно-остроумные, нередко очень жестокие – и прибыли в Город, когда там отчётливо запахло жареным. На посту начштаба Шеф пробыл крайне мало: в конце марта 01 до ЧМ он был захвачен в плен Организацией Троек, после чего вскорости погиб по нашей вине. Исполнитель погиб по нашей же вине ещё раньше. Обоих оживили вскоре после установления мира в Северном, и они успели по новой покуролесить, прежде чем всерьёз поссорились и расстались – Шеф получил срок и сел, а Исполнитель застрелился. Лично мне пришлось оживлять его поздней осенью 01 по ЧМ, выводить из депрессухи и в обнимку с ним шляться по местам их с Шефом боевой славы; однако же это я опять забегаю далеко вперёд."

Там же – анекдот о том как ряд последних начштабов Северного пытались спасти город по поручению самого Бога и что из этого получилось. Анекдот длинный, про каждого из начштабов по отдельности, привожу лишь про Модеста:

"Господь призывает героя, готового спасти Его возлюбленный Град Северный, обещает помощь, если она потребуется, и награждение за труд.
(.........)
Отзывается Модест: "Я очень хочу спасти Город, я постараюсь, мне не надо наград, но если не получится, Ты меня простишь?" – "Прощу, помогу, скорей начинай, времени осталось мало!" – Господь позволяет ему пройти в начштабы, на другой же день начинаются просьбы: "денег!" "машину!" "новый автомат!" "новый мундир!" "убери этого куда-нибудь, не даёт работать!", снова "денег!" У Бога кончается терпение, поскольку дела явно идут всё хуже, и Он смещает Модеста, а потом и призывает для разбирательства: "???!!!" – "Господи, Ты обещал меня не наказывать за неудачу! Можешь не награждать, если что!" – "Но чего тебе не доставало? Правоты, прямоты, доверия?" – "А, у меня этого отродясь не водилось!" – "А почему не попросил?" – "Нафига?! На посту начштаба это не помогает, Сам видишь, а любое своё собственное дело я с этими качествами и вовсе запорю!" – "Да Я тебя сейчас же в ад!" – "Тю, испугал! я так и так туда собирался" – "Вот и шёл бы! зачем тогда вообще полез в это дело?" – "Ну, знаешь! а как же долг арийца? великая миссия?"

(Вариант: "Ну и ступай в ад!" – "Ага, нарушаешь обещание не карать? всем расскажу, что Ты не человек чести!" – "Да Я же не за провал дела, а за принципы!" – "Ха, да кто у нас станет вникать, за провал или за принципы!")"


Патретики:)

Далее был выложен пост "Портреты последних начштабов Северного Города" с шаржированными портретами означенных, в т.ч. Модеста, ну и Харон там же, конечно. Там они, стало быть, в контексте остальных – а здесь ниже будет отдельный двойной патретик Харона с Модестом, даже по два раза каждой заразы персоны:)


Путаница-интриги-имена

И сразу же следом за вышеуказанным – пост "Об интриге вокруг доносов за подписью "Мод"", где рассказано кое-что о художествах Модеста на последнем этапе дочертамирской жизни – а также о том, как уже на нынешнем этапе, после оживления, Шеф-Модест из удали (в числе прочих:)) доказывал, что это именно он писал анонимки (на самом деле всё обстояло сложнее:))

По поводу множества Шефовских имён – цитата из поста:

"по стечению ряда обстоятельств ещё в нежном возрасте его (Шефа) стали называть Ашевенк, что в тех краях было легендарным бандитским именем. Очень вероятно, что это искажённое Ошевник. В быту он отзывался на Шев, Шевик, но с лёгкостью менял имена.

(Примечание: Ошевник – имя в своём роде известного одноразового Артигемона, из-за личных амбиций боровшегося с Алестрой, состязавшегося с Артигемоновским Цирком и стремившегося к захвату если не мировой власти, то уж как получится, но лучше как можно больше. Ошевник был главой конторы под названием КраКру, являвшей собою нечто вроде хорошо организованной банды разбойников.)

Что касается имени Модест, то, по утверждению Исполнителя, Модестом звали когда-то его самого, а Шефа вообще-то звали Скрым или Скромняга, что однозначно, но не однозвучно, либо Вмордаст, что однозвучно, но не однозначно."


***********************

О детстве-юности Модеста и Харона (из невыложенного отчёта Шеола):

Модест-Ашевенк-Шеф был одним из троих уцелевших после рейнджерского налёта (он сам, будучи ребёнком 2х лет, и двое взрослых, один из которых в невменяемом состоянии). Получилось, что родичи не могли определиться, который это из примерно трёх детей погибшей асиенды: княжеский законный, княжеский незаконный от другой высокой фамилии или ребёнок кормилицы. И в дальнейшем это висело над Ашевенком, отравляя ему всю жизнь. Он не раз говорил, что лучше бы сразу записали в дети кормилицы – он бы уже успел доказать сто раз, что рождён от старого князя, деда погибшего, а так… Он неоднократно уходил из дома с малолетства, его возвращали то лаской, то посулами, то угрозами – но при возвращении всё отменялось, так что он вовсе изверился в людях.

Знакомство с Хароном произошло в один из таких побегов, когда Ашевенк поссорился с роднёй по поводу отправки в Центр. Никто не помнит сабжа, но Шеф сказал потом: "после всего этого в Центр – только на белом мотоцикле или никак". Его искали с патрулями, и он надумал обзавестись другим именем, легендой и адъютантом.

Модестом тогда звали Харона, и документы были сделаны на его имя. Ашевенк забрал бумагу и сказал: теперь Модест, 15 лет, ариец, учащийся офицерских курсов при штабе города Зилен – будешь не ты, а я. Потому что какой из тебя учащийся, брось, такое же враньё как про 15 лет. Вот стану начштаба или рейнджерским князем, тогда верну тебе, ха-ха, шучу, сделаю тебе какое хошь удостоверение, на специальной бумаге и с кожаной корочкой.

Чтобы Харону не оставаться без документа вообще, новоявленный Модест тут же написал на картонке красивым почерком с финтифлюшками "Ханс, сержант охраны" и расписался заковыристо. Это произвело на Харона неизгладимое впечатление, тем более что удостоверение вполне признавали повсюду, хотя из-за избыточного каллиграфизма имя прочитывали как Хорь или Харя. Имя Харон он нашёл для себя много позже.


***********************

Харон, Модест и юные мы


Получилось так, что формальное знакомство с Хароном и Модестом очень далеко отстоит от знакомства реального – пересеклись мы с ними, как указано в начале сего поста, зимой-весной 01 до ЧМ, но они погибли прежде чем мы успели с ними толком пообщаться, и даже оживили их тоже без нас, в конце 01 до ЧМ – и только ещё год спустя, зимой 01-02 по ЧМ, мы по второму разу оживили Харона (который покончил с собой и пропустил полгода) и уже после этого познакомились с Модестом – разница, стало быть, составляет 2 года по ЗА и целых 6 лет по ЗЗ:

первое, считай несостоявшееся, знакомство – зима-весна 01 до ЧМ = весна 1976 по ЗЗ;
второе, реальное знакомство – зима 01-02 по ЧМ = весна 1982 по ЗЗ.

Лично для меня всё началось с того, что Харон-Исполнитель, в очередной раз поссорившись с Шефом-Модестом, обратился к ОрТр с предложением посодействовать в спасении захваченного в плен Инека (которого мы поминали недавно вот тут), а ОрТр за это пускай прикроет Харона от мести Шефа. Мы хотели спасти Инека и согласились не раздумывая, однако вскоре по прибытии в Лагерь ОрТр Харон погиб, его застрелил один из многочисленных им недовольных (когда позже Харон жил у нас в качестве новооживлённого, таких недовольных-желающих-убить приходило за ним немало).

Лично для меня смерть Харона – абсолютно нежданная, я почему-то думал что контролирую ситуацию! – внезапно оказалась очень болезненным ударом. Я не психовал, принял сразу, не пытался даже выяснить, почему тот чувак стал стрелять (ну, бывает...) – однако мне было так больно, словно это погиб мой реально знакомый, а не абсолютно тёмная фигура, коей на тот момент был для меня Харон.

Почему это так? – ну конечно, теперь, по прошествии многих лет, ответ очевиден: "ну как!.. это же мой человек, я его оживил, мы друзья, я его люблю!":))) – понимая, насколько забавно сия инверсия звучит, я тем не менее ощущаю нечто подобное – и оно сливается с тем давним-юношеским: "это мой человек, мой! – он пришёл ко мне, я его принял, он умер, мне больно".

Я ничего не знал о нём тогда, ничего! – однако помню, как представляется, именно то, что увидел потом, когда оживил: очередной Серый Волк – одинокий, хмурый, затравленный, смертельно усталый. Что всё это прямо связано с его постоянным партнёром, что он так одинок и так устал именно потому, что не один, что у него Шеф – этого я не знал тогда и не понял бы, наверно, даже если бы мне объяснили, что они названые братья, два сапога пара, всегда вместе, всегда заединщики... – и что Исполнителю так тяжело и так безнадёжно именно поэтому.

Правильнее всего, наверно, сказать так: на этапе формального с ними знакомства (1976) я был уверен, что стОящий человек может быть всерьёз связан с нестОящим только если обманывается в нём, думая что для того тоже всерьёз, а на самом деле для того не всерьёз – а на этапе реального знакомства (1982) считал что если стоящий человек с кем-то связан всерьёз и для того это тоже всерьёз, то, стало быть, и тот тоже стоящий, и что их отношения несомненно стоящие! –

то есть ни в первом ни во втором варианте не брал в расчёт, что отношения-то могут быть весьма значимыми для обеих сторон – однако при этом содержать в себе столько токсичного, что... –

...ох нет, я не скажу, конечно, "что лучше бы их и не было", потому что уж коли есть – значит, существам нужно либо именно это, либо то чего на доступе нет, и это приемлемая для обоих замена, да и вообще при желании обеих сторон отношения можно сделать более здоровыми... –

но, но, но!.. –

короче, теперь я вижу объёмнее чем в 1976 / 1982, но говорить хочу не про теперь, а про тогда.


Так вот, тогда мне было очень больно из-за Исполнителя – однако при этом я совершенно не связывал его с Шефом, полагая, что их отношения были чисто деловые, и мне в голову не приходило, скажем, пытаться прояснить с Шефом, что Исполнитель погиб из-за моего недосмотра, а вовсе не из-за подставы с моей стороны – что я его смерти не хотел и себя за неё виню. Более того, я вообще не пытался вступить с Шефом в отношения, и теперь мне хотелось бы разобрать почему.

По фактам так: в качестве замначштаба-начштаба Шеф успел напакостить в числе прочего и нам, но в непосредственной вражде с ним состоял не я, а Толлер (первый этап отношений с Толлером мы вспоминали как раз недавно) – и вражда эта, как представляется, с обеих сторон была нешуточной, лютой – скорее всего травмы обоих так складывались – поэтому мне тут места практически не было, хоть я и участвовал в мероприятиях типа "напали-отбили-схватили", в том числе конкретно в захвате Шефа при освобождении Толлера, после чего Толлер сильно болел, так что ситуация с Шефом оказалась подвисшей: Толлеровский враг, Толлеровский пленник – другим тут лезть нечего. И вместе с тем когда Толлер, выздоровев, решил покончить с подвисшестью и таки с Шефом расправился – меня поставили в известность лишь постфактум, ожидая, видимо, что я буду против.

А я вот даже и не знаю теперь, был бы я против или нет?.. – тогда я это всё принял как есть, в том числе что меня опять обманули (меня постоянно морочили, потому что я пытался контролировать и нередко пересиливал в "схватке воль" – мне уступали, а потом закономерно хитрили) – однако с нынешнего ракурса мне кажется, что во всём этом для меня было тоже много боли, но не открытой, внятной, как насчёт Исполнителя – а невразумительной для меня самого, смешанной с неловкостью, со стыдом.

Почему неловкость, почему стыд?.. – попытавшись разобрать сей хвост на отдельные пряди, можно сказать так:

с одной стороны, я ощущал море вожделения, коим движима была жизнь моих до-ЗА-шных миров –

"все они / мы были добровольцами, все дышали этой сладкой страстью – гулом в ушах, ветром погони, биением чужого пульса в твоих пальцах, сталью чужой руки на твоём горле, жёсткими обвинениями и нежными признаниями, рука-об-руку прыжком вон из игры, возвращением в новом качестве"

и в жажде вновь пережить подобное не мог не заглядываться на каждого-встречного кто проходил по параметрам "враг", тем более на таких злодеистых злодеев как Модест –

с другой, я устойчиво ощущал давление "серьёзных людей, которые тут не шутки шутят а (нужное подставить)" – и в каких-то аспектах легко игнорировал их натиск, балуясь, но в других не мог не чувствовать что они "старшие" (таки мне значит и этого тоже не хватало!), поддавался и пасовал –

с третьей, я то и дело запутывался в границах и правах, где чьё, так что когда на моё "хочу / возьму / не дам" наступали, далеко не всегда был способен принять-прожить-освоить разочарование, досаду, боль – и стало быть должен был сам полагать им предел, не допуская затапливания: "я не имею в этой области прав, поэтому чувствовать тут ничего не могу – вот и не чувствую, проехали!"

Думается, по всему по этому я заведомо не мог позволить себе претендовать на Шефа, ощущая пакетом и стыд что не могу претендовать, и стыд что хотел бы претендовать (и всё это подавленное-запретное, ммм какой непристойный компот:)) – и в этом смысле не смог бы вступить с ним ни в какие вербальные отношения, эта сфера оказывалась парализована, перекрыта напрочь. Наверно, даже если бы мне сказали тогда "пускай вы с дружками собираетесь его убить, всё равно вы должны рассказать ему, как погиб его брат!" – мне скорей всего не хватило бы духу пойти объясняться, или уж я должен был сказать себе "я готов далее сражаться за этого чувака как за свою добычу с кем угодно" – а был ли я к этому готов? Вот не знаю... не факт. Позже, в отношении Ивэ, у меня это получилось – но Ивэ и был моим личным пленником, тут с границами и правами для меня было всё чётко, ррррр:)


Ещё немного про отношения Модеста и Харона


В личные отношения с Модестом я вступил, сталбыть, только уже с подачи свежеоживлённого Харона, зимой 01-02 по ЧМ (1982), когда мы с Хароном сперва навещали Модеста в местах заключения, а потом Харон и вовсе взял его на поруки. Лично я не так уж много общался с Модестом тет-на-тет, чаще оказывал поддержку Харону после их с Модестом ссор, так что мои нынешние представления о том, что их связывало, строятся отчасти на наблюдениях их конфликтов, отчасти на рассказах Харона, отчасти на рассказах Модеста (но не мне:))

Вижу так: у Модеста с детства тяжёлая травма отказа в принятии, можно даже сказать отказа в существовании – на его месте явно должно было находиться что-то совсем другое, стоящее, не как он! – и только отношения с Хароном, которого он обрёл в подростках, давали ему возможность ощущать себя существующим, живущим, имеющим ценность.

Харон с надёжностью давал Модесту поддержку и восхищение, при этом отрицательную обратку тоже давал, Модест мог притащить ему любую добычу, любую идею, любой безумный проект – и увидеть себя-со-стороны глазами любящего, но всё более и более трезвого и критичного существа, со всеми плюсами и минусами сего расклада.

В свою очередь, Харон получал от Модеста смысл жизни, коего до их встречи не имел – быть незаменимым, несравненным помощником самого хитроумнейшего, самого виртуознейшего на свете злоумышленника, который легко бы стал тайным повелителем мира, кабы захотел! – как минимум в ранние годы Харон видел названого брата таким.

В детстве Харон был из тех, кто не ахти как соображает, но может выполнять простую тяжёлую работу – однако в союзе с Модестом стал стремительно развиваться, так что с годами по интеллекту они сравнялись, хотя ухватки-заходы у них по-прежнему были разные.

Разными постепенно сделались и интересы – Харон всё больше изнывал от бесконечной борьбы со всеми ради незнамо чего, всё больше мечтал накопить денег и зажить вдвоём счастливо на просторах мирного Юга (ну ведь может найтись место, где они ещё не успели наследить, может ведь, правда?), а Модест всё больше психовал, ощущая что изо всех сил бежит, но не может догнать ускользающий шанс сделаться существующим-для-всех, обитающим не только в глазах Харона! – тем более что Харон, по его мнению, всё чаще смотрел влево, и у Модеста от страха и ярости темнело в глазах, подкашивались ноги – как тут бежать за своим шансом, ну как?!..

Они много спорили, ссорились, расстыковывались, но как правило не слишком надолго и не слишком далеко – оба ощущали, что расстыковаться всерьёз грозит катастрофой. Так оно и вышло оба критических раза – и когда Харон связался с ОрТр и погиб, и когда Харон застрелился, а Модест сел.

Как вообще Модест жил без Харона эти два временных промежутка?! – надо полагать, в первый раз отдался интригам, чтобы забыться (воевал с Толлером вплоть до полного самозабвения, ага:)), а во второй – наоборот, опустил руки и катился по колее: сперва скандалил, потом приутих, слушался, особых нареканий не имел – на манер забившегося в угол малыша в детсаду, который молчит весь день и начинает орать и рыдать лишь когда за ним придёт мама. Я даже не помню теперь, сходу ли Модест впал в истерику, когда Харон прибыл навестить, или сперва какое-то время был до каменности зажат – представляется, что скорее второе, что вообще всерьёз выдавать пенки он начал уже когда мы его забрали, до того выплески были единичными.

Дополнительной причиной фрустрации Модеста служил факт, что Харон вскоре по оживлении, но до забирания Модеста, успел завести роман и жениться (до того считал себя женоненавистником, а его возлюбленная / жена ранее держалась если не прямо мужененавистницей, то в том направлении:)) – и Модест ощущал себя ребёнком, чья мама не спросясь родила другого и теперь нянчится с малышом – страдал-выделывался как пятилетка, так что мы хором то утешали его то стыдили, то аппелировали что-де он "уже большой", то сопереживали, давая ему право на чувства... – помню перманентный коктейль возмущения и умиления: он чего, и правда маленький что ли?! – да, похоже, по сути маленький, охтыгорежпрямбеда...

Если я верно помню тогдашние переживания, то я обращал отдельное внимание на позицию Харона – тот старался держать ровные отношения буквально стиснув зубы (вот именно как мамочка двоих, которая стиснув зубы старается не скатываться в крайности, а давать внимание обоим, понимая что старший тоже ещё маленький и нуждается в поддержке, и при этом не позволяя ему наезжать на права младшего). Помню, что с самого начала Харону было невероятно сложно и не впадать обратно в зависимость, и не посылать Модеста вовсе нафиг – но потом полегчало. Харон чётко держал вектор "я теперь самостоятельный, у меня семья, но для меня важен брат и отношения с ним" – и жил вместе с женой (а потом и с ребёнком), а Модеста навещал как гость и принимал как гостя. Модесту было тоже трудно, но постепенно устаканилось.





Понимаю, что тогда я принимал как должное, что если существа хотят наладить отношения, то у них это непременно получится! – отчего бы не получилось, нужно просто проговаривать всё взаимно открыто, определяться со своими потребностями и границами, и всё будет ок:) – то есть абсолютно не брал в расчёт, что внутренние проблемы существа могут не позволять ему видеть себя как есть, а значит и реальные потребности будут невидимы / воспрещены, и с границами будет беда, ведь потребуется чтобы партнёр брал на себя ответственность за твоё-внутреннее – разрешал / поручал тебе быть.

Поэтому когда я теперь пересматриваю старые истории новым взглядом (а пересматриваю нередко, меня по-прежнему жгуче волнуют вопросы жизни пар, независимо от того, какие именно отношения тут ключевые – побратимские, любовные, со-творческие и пр.), я всякий раз переживаю: вот тогда, когда всё происходило перед глазами, представлялось что всё хорошо и всё наладилось – а как на самом деле? не оказалось ли, что кого-то просто заткнули, заставив ради обретения желанного принятия на себя наступить?..

(Чёужтам, если мы с Татой, прожив столько лет вместе и сознательно стараясь производить соответствующие работы, продолжаем обнаруживать новые и новые завалы старых-престарых травм...)

Вместе с тем по факту наблюдаю, что при аналогичных раскладах на ЗА и ЗЗ большая разница (я писал об этом неоднократно, например вот здесь) –

и в этом смысле питаю надежду, что хотя у Харона и Модеста не могло / не может не оставаться трудностей, они имели / имеют шансы на "достаточно хороший" (по Винникотту:)) процесс оздоровления отношений (пусть неспешный, пусть! – времени-то у наших сейчас достаточно:)) –

и вместе с тем совершенно не уверен, что подобный Хароно-Модестовскому расклад на ЗЗ имел бы такие же шансы как у нас на ЗА – хотя, впрочем, если есть обоюдное желание да плюс если использовать наработки современной психотерапии...


Чего, кагрится, мы нам всем и желаем:)
Tags: Артигемоны, Иллюстрации, Личное, Ошевник, Северный Город, Толлер и Леда, Харон и Модест
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 17 comments